Развязанная США и Израилем война на Ближнем Востоке жестко аукается в других частях света. Общественное здравоохранение в Азии находится под угрозой из-за роста цен на газ для приготовления пищи.
Семьи переходят на «грязные» виды топлива, такие как дрова, что вызывает опасения по поводу загрязнения воздуха и неустойчивости перехода к энергетике.
«В ветхих переулках трущоб южного Дели Афшана Хатун устало присела на корточки и начала разжигать небольшую кучку дров, – рассказывается в статье The Guardian. – Она только что вернулась после шестичасового блуждания по городским лесам и засушливым паркам столицы Индии в поисках растопки для самодельной печи. Когда неумолимая летняя жара поднялась выше 40 градусов по Цельсию, она прошла несколько миль, собирая хворост и упавшие ветки в пучок на голове, а по её лицу струился пот.
Всего несколько недель назад эта 35‑летняя женщина без особого труда готовила еду для своих четверых детей на маленькой газовой плитке. Но поскольку кризис на Ближнем Востоке привёл к перебоям в поставках жизненно важного для Индии сжиженного нефтяного газа (LPG), который используется более чем 60 % населения страны для приготовления пищи, заправки стали дефицитными, а цены выросли намного выше того, что доступно широкому кругу людей.
Хатун, как и всё большее число людей в Индии и по всей Азии, вынуждена готовить на грубых, «грязных» видах топлива, таких как дрова и уголь, чтобы выжить, продолжает The Guardian.
«Это уже похоже на ад, — сказала она, суетясь, наполняя кастрюлю водой».
Когда в Индии в апреле потребление сжиженного газа упало на 2,2 млн тонн – рекордный уровень за последние годы, многие семьи уже переключились на дрова и уголь. На фоне блокировки Ормузского пролива, через который проходит почти 90 % импортируемого в страну газа, цены на LPG взлетели в четыре раза.
По оценкам экспертов, около 60 % необходимого Индии сжиженного газа импортируют из‑за недостатка собственного производства. Протесты в Иране и США оставили главный морской путь закрытым, и теперь даже базовые расходы на готовку стали роскошью.
«Мой муж зарабатывает 400–500 рупий в день, а газ теперь стоит 1000 рупий в неделю», – рассказывает Хатун, мать двоих детей. «Мы вернулись к дровам, потому что иначе не выживаем». Для неё и множества других семей такие цены сопоставимы с доходом, а не с комфортом.
Правительство отрицает дефицит. На прошлой неделе премьер‑министр Нарендра Моди призвал граждан к «жесткой экономии», в числе которой – ограничение потребления газа. Тем временем министр обороны заявил, что текущих запасов сжиженного газа хватит лишь на 45 дней.
Последствия очевидны: ухудшение качества воздуха в домах, рост заболеваний органов дыхания и усиление нагрузки на уже хрупкую энергетическую инфраструктуру. Возврат к традиционным видам топлива – временное спасение, но шкода от него будет ощущаться долго.
Что дальше? Необходимо ускорить разработку внутреннего производства LPG, открыть альтернативные морские маршруты и ввести субсидии для самых уязвимых слоёв населения. Пока эти шаги не предприняты, индийские кухни будут наполняться дымом, а семьи – новыми финансовыми проблемами.
Когда Хатун зажигает печь, от копоти сразу же обжигает глаза и горло. Она держит голову руками, признаётся: «Я просто хочу приготовить еду быстрее». Дрова — единственное топливо, которое ей доступно, но они приносят гораздо больше проблем, чем пользы.
Сжигание древесины и древесного угля выбрасывает в воздух частицы и газы, способные вызвать ХОБЛ, рак лёгких, инсульт и сердечные заболевания. По оценкам WHO, загрязнение воздуха в помещениях и в атмосфере в совокупности приводит к 6,7 млн преждевременных смертей в год. Самые подверженные риску — женщины и дети, которые чаще всего готовят и собирают дрова.
Дели уже давно входит в список самых загрязнённых мегаполисов. Городские власти пытаются заменить дрова на сжиженный и компримированный природный газ, но конфликт на Ближнем Востоке затрудняет поставки чистого топлива, предупреждают экологические активисты.
Если не ускорить переход к газу, жители будут продолжать платить здоровьем за традиционный способ готовки.
В Дели цены на газ подскочили, и в паниках кулинарии дорогие полки газовых баллонов стали недоступны. Правительство разрешило временно пользоваться углём и дровами – будто на полпути к «традиционному» способу готовки.
«Когда цены растут, беднейшие слои населения вынуждены возвращаться к биомассе», – отмечает Харджит Сингх, активист по климату и основатель фонда Satata Sampada. Он подчеркивает, что сжигание древесины и угля выбрасывает в воздух мелкие частицы, а в переполненных кварталах это значит, что дышат кусками копоти.
За последние десять лет индийское правительство распределило более 100 млн газовых баллонов по субсидии. Сейчас же кризис раскрывает другую проблему: доступность не равна доступности по цене. Семьи выбирают между едой и топливом, а газовый баллон превратился в «символ переходного периода, который они больше не могут себе позволить поддерживать», – добавляет Сингх.
То же самое происходит за тысячи километров оттуда, на Филиппинах. Около 90 % потребностей страны в сжиженном газе зависят от поставок через Ормузский пролив. В темном переулке Манилы Жозефина Сонгалия качает уголь в печке, пока в прошлый месяц она просто повернула ручку и включила газ. Теперь газ – роскошь, а уголь – единственный способ приготовить ужин.
Обе страны показывают, что субсидии без контроля за ценой не решают проблему. Нужно искать доступные чистые источники энергии, иначе миллионы людей будут продолжать «готовить на огне», а воздух будет всё хуже.
В Маниле цены на небольшой баллон сжиженного газа подскочили в три раза – теперь он стоит около 9,80 доллара. Дешевле в семье Сонгалии, 25‑летней жены и матери трёх детей из бедного района Тондо, где вместо газа они используют древесный уголь. «Я боюсь, что дым задушит мои лёгкие, но без него дети не смогут поесть», – признаётся она, пока готовит рис и кипятит воду.
Спрос на LPG упал на 30 % в этом году, а рост цен совпал с подорожанием продуктов, вызванным конфликтом в Иране. Семье Сонгалии часто остаётся только кофе, а иногда они просто пропускают приём пищи.
В ответ власти объявили трехмесечный мораторий на акцизный налог для LPG и керосина, надеясь облегчить финансовое бремя. Эколог Профессор Милен Джи Каэтано предупреждает, что замена газа на уголь усиливает загрязнение воздуха в домах и ухудшает здоровье. Процесс производства дешевого угля – особенно в прибрежных деревнях – наполняет улицы пеплом и дымом.
Подобную историю повторяют и в других странах. В трущобах Дели 75‑летняя Шанти, страдающая хроническим заболеванием лёгких, вынуждена готовить на дровах. «Врач сказал держаться подальше от дыма, но выбора нет», – жалуется она.
Пока цены на газ остаются высокими, а налоговый мораторий лишь временно снижает нагрузку, многие семьи продолжают выбирать дешёвый, но опасный уголь. Вопрос, насколько быстро правительство сможет вернуть LPG доступным, остаётся открытым.
