Бронзовый призер ЧМ‑2000 в танцах нальду Маргарита Дробязко, выступавшая с Повиласом Ванагасом за Литву, высказалась о специфике судейства в своей дисциплине.
— Ровно 20 лет назад, тоже Италия, и вы вдруг в 35 лет возвращаетесь на лед ради своих пятых Игр. Как это было?
— Всё начиналось с шутки. У нас так часто бывает: мы над каким‑то топ‑проектом шутим, а потом берём и делаем. Мы вот говорили в шутку про второго ребёнка, а сейчас серьёзно, между прочим, размышляю, отдавать коляску или лучше приберечь. Так Олимпиадой в Турине: мы сначала улыбались, почему бы не вернуться, потом сходили в кино и услышали там музыку. Я говорю: «Представь, какая бы классная произвольная программа получилась!» — «Ну, давай попробуем поставить». Одна тренировка, другая, и мы сами не поняли, как вовлеклись в процесс.
Зачем нам это было нужно? Оставались силы, азарт. Благодаря катанию в шоу, мысленно прибавили вартистизме. Там совсем другие номера, образы, захотелось использовать это нальду. Мы вернулись даже неконкретно ради Олимпиады. Просто была какая‑то недосказанность, и нам захотелось выйти ещё один, самый последний сезон.
— Конечно, мы думали об этом. Не понимали, что пропустить три года и вернуться на подиум почти нереально. Чтобы литовский судья попал на Олимпиаду, нужно было выигрывать отборочные соревнования. Мы это сделали, нов, видимо, оказались сильнее, чем все думали. И нам задним числом сказали, что наш судья не едет автоматически, а будет жеребьевка из первой‑второй пары. Новые правила, придуманы специально для нас, ха‑ха. И конечно, нашему судье не повезло, и на Олимпиаду в итоге поехал немецкий судья.
— Судья — это твой переговорщик. Без судьи ты вне игры. К сожалению, у нас субъективный спорт, где на результат влияют очень много факторов, помимо качества катания: в какой ты команде, где тренируешься, кто твой тренер, есть ли у тебя судья… Не буду углубляться, всё это имеет значение.
Перед Олимпиадой мы поехали на чемпионат Европы. Выиграли там первый вид действующих чемпионов Татьяны Навки с Романом Костомаровым, в сумме были третьими. Потом Олимпиада, мы притаких же прокатах вдруг соревновались уже с совершенно другими людьми из других мест. Седьмые, восьмые, где‑то там, — сказала Дробязко в интервью Спортсу.
