Дональд Трамп выступает с инициативой упразднения Министерства образования, в то время как Верховный суд США вынес решение, позволяющее родителям освобождать своих детей от посещения уроков, содержание которых может вступать в противоречие с их религиозными убеждениями и семейными ценностями.
На фоне этих событий в Соединенных Штатах наблюдается тенденция к увеличению числа книг, запрещенных для школьников. Особое внимание уделяется произведениям Рэя Брэдбери и Джорджа Оруэлла, что подчеркивает актуальность тем, как никогда ранее.
Традиционно, в подобных ситуациях наблюдается взаимное обвинение сторон. Либерально настроенные граждане возлагают на Дональда Трампа ответственность за возможное нарушение Первой поправки, гарантирующей свободу слова. В свою очередь, консерваторы интерпретируют действия обеспокоенных родителей как реакцию на так называемую «левую повестку», которая, по их мнению, проявляется в школьных программах через включение литературы, затрагивающей вопросы ЛГБТ*, «расовой вины» белого населения перед меньшинствами. При этом они также апеллируют к Первой поправке, но уже с точки зрения защиты свободы вероисповедания.
Важно отметить, что в системе американского местного самоуправления школьные советы играют ключевую роль, наряду с мэрами и полицией, являясь основой общества. Решения, касающиеся образовательной политики, принимаются не на федеральном уровне президентом, Конгрессом или Верховным судом, и даже не на уровне губернаторов и законодательных собраний штатов, а непосредственно избранными представителями местного уровня власти, такими как шериф, школьный суперинтендант и руководители жилищных ассоциаций.
Эти органы отвечают за широкий спектр услуг, включая водоснабжение, канализацию, вывоз мусора, уборку снега, жилищно-коммунальное хозяйство, транспорт, а также за утверждение образовательных стандартов и обеспечение общественной безопасности. Их деятельность ориентирована на локальный уровень, а не на общегосударственный масштаб. Сотрудники, занимающие эти должности, подотчетны местным органам власти и получают финансирование из местных бюджетов, формируемых за счет налоговых поступлений.
Таким образом, Соединенные Штаты можно охарактеризовать как «страну советов и коммун», где термин «community» означает не общину, объединенную общими убеждениями или образом жизни, а сообщество соседей, которые коллективно избирают органы управления для решения вопросов, связанных с жильем и коммунальными услугами.
Школьные советы (school boards) определяют образовательную политику и бюджеты бесплатных государственных школ. Таких в США 85% и только 15% — частные платные школы, оплату которых может позволить далеко не каждый родитель. В стране около 15 тысяч школьных советов, в состав которых обычно входят от 6 до 15 членов. Они собираются вместе нере менее одного раза в месяц, часто раз в неделю, и кроме того, разъезжают с инспекциями по школам, обмениваются опытом с другими штатами. Последнее особенно важно, потому что работают школьные советы независимо и автономно.Выборы на должности членов школьного совета завершаются к концу марта каждого года. Все родители или опекуны учащихся имеют право голосовать за кандидатов, желающих принять участие в школьном совете.В сельской местности их члены обычно работают бесплатно, получая в качестве компенсаций оплату расходов в командировках или различные льготы — медицинскую страховку, оплату взносов в пенсионный фонд и т.п. Но в крупных городских округах они могут получать значительную зарплату — до 125 тыс. долларов в год. Впрочем, средняя зарплата по стране значительно ниже — 12 799 долларов. «Это труд, который часто выполняется после окончания рабочего дня, в дополнение к основной работе, семейным обязанностям и требует почти одержимости» — так характеризует деятельность школьных советов профессиональный сайт Boardable. Мотивы идти на выборы — самые разные. В опросе Национальной ассоциации школьных советов около 63% их членов заявили, что баллотировались, чтобы улучшить местное образование и внести вклад в развитие своей общины. У многих мотивы самые очевидные — помочь своему сыну или внуку, чтобы школа для них стала интересней и доступней.Сэнди Эванс избиралась в школьный совет округа Фэйрфакс в Вирджинии (где учился мой сын), чтобы перенести начало занятий для старшеклассников с 7.20 утра на 8 часов. Эванс решила баллотироваться на вакантное место в школьном совете из 12 членов и выиграла выборы. Но ей потребовалось почти шесть лет, чтобы решение наконец было принято. С 2014 года занятия в этом округе, входящем в десятку крупнейших школьных округов страны, начинаются позже, чем у соседей. И снова определение сайта Boardable: «Общая тема? Приверженность принципам равенства, подотчетности и доступности. Это не гламурно. Это не всегда популярно. Но это целенаправленно».Школьные советы формально не зависят ни от президента, ни от губернатора, то есть не подчиняются им.Выдерживая общий стандарт для государственных школ — 12 лет обучения (подготовительная школа с 5 лет, начальная, средняя и старшая школа), окружные школьные советы определяют все детали учебного процесса, исходя из культурных, религиозных и прочих социальных особенностей местного населения.Еще одна особенность американских школ — 83% школьников (здесь их называют студентами уже с 1-го класса) участвуют в спортивных, творческих или академических кружках, что формирует важные социальные навыки и способствует всестороннему развитию. Это тоже организуют и оплачивают (вернее, рассчитывают бюджет) школьные советы. Как и инклюзивное обучение детей «с особенностями развития»: 7,3 миллиона учащихся (14%) получают услуги специального образования, что значительно выше, чем в большинстве других стран. Движение в сторону STEM-образования (наука, технологии, инженерия, математика) получило поддержку из Вашингтона; 45 штатов внедрили специальные программы с федеральным финансированием в размере $3,5 миллиарда; в конкуренции с Китаем роль «физиков» ценится гораздо выше «лириков» — гуманитариев; признано необходимым заранее готовить школьников к финансовым реалиям взрослой жизни; 29 штатов включили в список обязательных предметов для получения диплома о среднем образовании предметы, связанные с финансовой грамотностью: статистику и основы бизнеса; развитие социально-эмоциональных навыков: эмпатии, гражданской ответственности и т.п.; 82% школьных округов включили подобные учебные программы, признавая важность личностного развития учащихся наряду с академическими знаниями. Школьные советы гордились тем, что они «вне политики». Но, как говорят, если ты избегаешь политики, то она непременно придет к тебе сама. В центре дела, рассматриваемого этим летом Верховным судом — высшей судебной инстанцией Америки, — находился школьный совет округа Монтгомери, штат Мэриленд, одного из самых религиозно разнообразных округов в США, где учатся 160 тысяч студентов почти всех конфессий. Замечу, что в этом округе проживают многие представители русскоязычной общины, работающие на правительство и крупные компании в столичном округе Колумбия. Местный школьный совет утвердил пять книг с персонажами из LGBTQ+-сообщества* для использования их в классах начальной школы. Основной целью было приучить студентов к толерантности и уважению к учащимся и родителям, представляющим секс-меньшинства. Однако некоторые родители — христиане, мусульмане и иудеи — заявили, что не были предупреждены о содержании материалов и не имели возможности запретить детям посещать соответствующие классы, и подали в суд, утверждая, что воздействие этих материалов на детей противоречит их религиозным убеждениям. Грейс Моррисон — одна из таких мам, ее дочке с синдромом Дауна, проходящей специальное адаптированное обучение, такая книга попала в качестве учебного пособия в возрасте 10 лет. Моррисон беспокоилась, что ее ребенок запутается в прочитанном.«Эти книги противоречат нашей вере. И я также думаю, что это слишком тяжело для дочери», — сказала она в интервью NPR — Национальному общественному радио, которое Трамп, кстати, собирался закрыть как «затратное». Как отметил адвокат школьного совета, выводить учащихся с занятий возможно. Но это настоящая логистическая головоломка — где разместить детей, которые вышли, и на сколько времени? И как тогда школьные заведения будут удовлетворять потребности в альтернативных уроках? Моррисон оставила работу стоматолога, чтобы обучать дочь дома — в знак протеста против политики школьного совета Монтгомери. Но, как она резонно отмечает, далеко не все родители могут поступить так, как она. Должны ли родители иметь возможность выводить своих детей из класса естествознания, когда обсуждается теория эволюции Дарвина? Должны ли они иметь возможность убирать детей с урока истории, который включает раздел о женском движении и борьбе за равенство? Некоторые религии возражают и против Дарвина, и против равноправия полов и рас. В Сан-Франциско, который называют «гей-столицей Америки», некоторые книги с темами ЛГБТК+ являются обязательными для учебного плана. Родители вольны не пускать своих детей на школьные занятия, если они противоречат их религиозным убеждениям. Судья Самуэль Алито написал: «Родители имеют право оградить своих детей от информации, которая может подорвать их религиозные ценности». Верховный суд поддержал президента Трампа, разрешив продолжить массовые увольнения в министерстве образования, где будет уволено 1400 сотрудников. Суд отменил решение федерального судьи, которое временно блокировало увольнения. Трамп хочет закрыть это министерство, созданное Конгрессом в 1979 году. Оно ежегодно предоставляет более 120 миллиардов долларов финансовой помощи более чем 13 миллионам учащихся по всей стране. Трамп хочет сохранить программы помощи, передав их другим агентствам, а министерство упразднить. Судья Соня Сотомайор отмечает, что план Трампа «неконституционен», поскольку только Конгресс имеет право создавать или упразднять федеральные ведомства.Сотомайор предупредила, что решение суда дает президенту неограниченную власть отменять законы, принятые Конгрессом, добавив: «Угроза принципу разделения властей, заложенному в нашей Конституции, серьезна».
Казалось бы, Трамп действует рационально: меньше бюрократии из Вашингтона, больше власти штатам и местным школьным советам. Проблема, однако, в том, что в школьные советы по всей стране массово баллотируются представители ультраконсервативных кругов: типа движения «Мамы за свободу», объединяющего, по словам организаторов, 85 тысяч женщин из 34 штатов, выступающих как раз не за свободу, а за дальнейшие запреты и цензуру.
Как отмечают здешние СМИ, в Калифорнии и Пенсильвании активно выдвигаются на должности в школьных советах последователи маргинального движения QAnon. Сторонники теории заговора QAnon верят в то, что многие политики и знаменитости (демократы) сексуально эксплуатируют детей и даже пьют их кровь, чтобы продлить себе жизнь, и трактуют все, что происходит в стране, с этой точки зрения. «Мы не можем позволить школьным советам диктовать то, что происходит в наших школах, — сказала Трейси «Бинз» Диас, одна из наиболее известных сторонниц QAnon, победившая на выборах в штате Южная Каролина. — Мы сами будем диктовать».
Во второй половине прошлого года в Америке были приняты рекордные 1477 указов об изъятии книг из школьных библиотек — по требованию родителей или консервативных активистов.
В октябре прошла ежегодная Неделя запрещенных книг (она была учреждена в 1982 году). В этом году ее девиз: «Цензура — похоже на «1984». Читайте за свои права».
Выдержит ли «правую атаку» система независимых школьных советов? Как и по всей стране, картина здесь неоднородная. Помните, как у классика: «Значит, нужные книги ты в детстве читал»? В Калифорнии и Нью-Йорке, в Техасе и Оклахоме в школах читают разные книги. Политический раскол в стране в последние четверть века только растет. Неудивительно, если он начинается еще в школе.
