По данным Минэкономразвития, в феврале 2026 г. ВВП России упал на 1,5 % в годовом выражении, а в январе — на 2,1 %. За первые два месяца показатель снизился в среднем на 1,8 %, и министерство уже объявило о начале рецессии.
Снижение объясняют в первую очередь календарным фактором: в январе 2026 г. работающих дней было на два меньше, чем в январе 2025, а в «коротком» феврале выпал ещё один день.
Экономисты предупреждали о риске рецессии ещё в 2025 г., когда после роста ВВП на 4,9 % в 2024 г. темпы начала резко падать. Тогда власти уверяли, что это плановое «охлаждение» и к 2026 году планируется «устойчивый рост». В итоге в 2025 году экономика выросла лишь на 1 %.
Прогнозы, связанные с начавшейся в начале года войной США и Израиля с Ираном, обещали рост из‑за повышения цен на нефть и ослабления санкций. На деле же первые два месяца 2026 года не принесли улучшений: рост остался отрицательным, несмотря на потенциальный приток доходов от нефти.
Вывод: падение ВВП за январь‑февраль подтверждает приход экономики в фазу отрицательного роста. Учитывая календарный фактор, реальное сокращение производства может быть чуть больше заявленного. Следующий месяц станет тестом: сохранится ли снижение или начнётся стабилизация, о чём будут говорить новые данные Росстата.
В первые два месяца 2026 года валовой внутренний продукт сократился на 1,8 % — данные Минэкономразвития. По сравнению с тем же периодом 2025 года в январе‑феврале было на три рабочих дня меньше, что министерство связывает с падением роста.
Игорь Николаев, главный научный сотрудник Института экономики РАН, отвергает поспешные заявления о рецессии. По его словам, официально экономический спад фиксируется только при отрицательном росте, наблюдаемом два квартала подряд. По итогам первого квартала 2026 года таких показателей нет, значит, формально страна ещё не в рецессии.
Тем не менее цифры вызывают тревогу. По результатам января‑февраля скрытая безработица растёт, а многие малые и средние предприятия находятся на грани банкротства. Росстат пока публикует лишь годовые и поквартальные данные, но эксперты считают оценки Минэкономразвития достаточно надёжными.
Экономисты слышат в объяснении монетарных властей «календарный фактор» лишь отголосок реальности. В России значительная часть отраслей работает круглосуточно, в том числе в праздничные дни, поэтому отсутствие трёх рабочих дней не способно полностью компенсировать падение темпов.
Итог: рост ВВП уже подводит итог первым двум месяцам года к отрицательному результату, а ситуация с бизнесом и занятостью ухудшается. Пока официально рецессия не объявлена, но экономическая политика уже требует корректировок, чтобы стабилизировать спрос и поддержать уязвимые компании.
В январе‑феврале российский ВВП сократился, а базовые отрасли показали ещё более резкое падение: промышленность — 3,2 %, транспорт — 2,5 %, а также упали строительный, сельскохозяйственный и торговый сектора. Сектор услуг, выросший более чем на 2 %, слегка смягчил общий спад.
Март принёс неожиданное ускорение нефтяных цен – конфликт на Ближнем Востоке подбросил баррель до новых высот. Появившиеся «нефтедоллары» обещали подпитать бюджет: Министерство финансов уже отложило плановое секвестирование расходов и может использовать дополнительный доход для поддержки государственных программ.
Однако один лишь приток доходов вряд ли изменит фундаментальную динамику. Налоговая нагрузка на бизнес растёт, административные барьеры усиливаются, а ключевая ставка Центробанка, оставаясь на высоком уровне, сдерживает инвестиционную активность. Геополитика добавляет неопределённости: рост цен на нефть тормозит мировую экономику, а падение глобального спроса на энергоносители может отразиться на российском экспорте.
Итог прост: пока сохраняются негативные силы, ожидать резкого разворота экономики в ближайшее время нельзя. При этом правительству придётся балансировать между новыми доходами от нефти и растущим давлением на внутренний рынок.
Аналитик Freedom Finance Global Наталья Мильчакова уже объявила, что техническая рецессия в России, длившаяся в январе‑феврале 2026 г., достигла своего пика. По её мнению, в марте экономика уже может выйти из «затишья».
Главный драйвер роста — цены. Нефть, газ, уголь, минеральные удобрения и сельхозпродукция продолжают держаться на высоком уровне, что создаёт благоприятный фон для отечественного экспорта.
Снимание в марте санкций США против российских контейнеровозов также должно ускорить морские грузоперевозки. По словам Мильчаковой, рост объёмов морского транспорта является опережающим индикатором восстановления экономики.
Ключевая ставка, по её прогнозам, будет снижена в первом квартале. Ожидается, что более дешёвая кредитная политика подпитает строительство жилья и потребительский спрос, а значит, поднимет розничные продажи — важный компонент ВВП.
«Данные за январь‑февраль — лишь временная пауза», — подытожила Мильчакова. По её расчетам, российский ВВП в период с января по март 2026 г. может вырасти на 0,8‑1 % в годовом измерении.
Если прогноз оправдается, ближайшие месяцы станут первым ощутимым шагом к выходу из спада, а рост морского экспорта и снижение ставки могут стать теми рычагами, которые переведут экономику в более динамичную плоскость.
